Кто, если не мы?

Кто, если не мы?

Вязьма, город, Смоленская область, улица, маршрут, история, сражения

История участвует в конкурсе «Счастье простого человека».

Автор об авторе: «Валерия Александрова. Из маленького города Вязьмы Смоленской области. На данный момент проживаю в Петербурге, переехала от искренней любви к городу. Состою в поисковом движении и ежегодно посещаю экспедиции на территории малой родины. Важное место в жизни занимают творчество и люди. Верю в лучшее в людях, в их сильные стороны».


Уже семь лет я состою в поисковом движении России. Семь лет я являюсь бойцом поискового отряда, частью большого дела, объединяющего в себе людей разных профессий и возрастов.

Вы спросите: что такое поисковое движение?

Если совсем просто, то это единомышленники, которые нашлись через города и воссоединились ради общего дела. Если развёрнуто, то мы занимаемся увековечением памяти погибших солдат в годы Великой Отечественной войны.

Мы идём по маршруту сражений наших соотечественников и возвращаем их родственникам, которые на протяжении долгих лет не опускали рук и продолжали искать зацепки: где погиб их отец, дед или прадед.

Сразу скажу, что это добровольное дело. Мы никого не заставляем, всё исключительно по доброй воле. Опытные поисковики говорят: «Если сразу заболел, то уже не вылечишься».

Мне знакомы мужчины, женщины, которые на протяжении тридцати лет и более ежегодно (кто-то и ежедневно) выезжает в лес на коп. Те, кто попробовал и не принял этот род деятельности, ушли. Остались действительно «болеющие», для которых нет понятия плохой погоды. Они идут в дождь, в град, в снег, в несносную жару и копают что есть сил. Их бравые товарищи — щуп и лопата. Кто-то ещё использует металлоискатель, надеясь зацепиться за каску и обнаружить, что рядом солдат.

Ежегодно на смоленской земле (откуда я родом) проводится три масштабных «Вахты памяти»: весной, летом и осенью. «Вахта памяти» — это съезд поисковых отрядов всей области на одной территории. Там отряды размещают свои лагеря, ставят палатки и выстраивают быт, ведь так жить две недели.

Роман, о котором не говорят. Главный герой — простой человек. Он ответил на вызов судьбы и изменил будущее.

Две недели без цивилизации, гаджетов и городской суеты. Есть только лес, любимое дело и прекрасные люди рядом.

Там собираются люди разных профессий: врачи, историки, режиссёры, хореографы, таможенники и т. д. Причём кто-то намеренно берёт отпуск, кто-то больничный, кто-то просто выбирается на выходные.

Был случай, когда один из бойцов отряда, в котором я состою, поехал с семьёй на море, а на обратном пути приехал к нам на несколько дней.

Заворожённые — вот такие там люди. Неугомонные, готовые на всё, лишь бы походить по лесу в поисках своего солдата. Они меня восхищают.

За время вахты мы каждый день выходим на поиски, предварительно изучив карты, архивы, чтобы понять места, где мы расположились.

У нас за спиной рюкзаки с перекусом (чтобы можно было ходить до вечера) и оборудование. Мы проходим порой так много, что по ночам ноги сводит. С нас может сойти семь потов. Мы можем замёрзнуть до дрожи в коленях. Но мы не останавливаемся.

Не все вылазки бывают удачными. Где-то из находок у нас только пустые гильзы, колючая проволока, консервные банки. Мы не унываем и двигаемся дальше. Если же видим воронку, а щуп набил провал, сил прибавляется.

На месте гибели земля проседает, она мягче и с ощутимым вакуумом, ты словно в моменте проваливаешься под землю. На глаз ты можешь лишь предположить, что воронка не пустая, проверить это можно только щупом.

Новые конкурсные истории. Прочтите их!

Наступив на это место, ты под землю не уйдёшь, там всё тоньше. И если там что-то есть, мы копаем.

В свой первый подъём помню: моросил дождь. Мы копали на заросшем болоте. Все перчатки были в глине, что усложняло перебор. Перебор — это когда среди глины, песка, земли мы ищем останки. Не всегда сохран целостный. Бывает, что, кроме крупных костей (берцовых) ничего не остаётся, но мы не останавливаемся. Прорабатываем каждый кусочек земли. Первая найденная мною кость была тазовой. Тогда я осознала всю действительность того, чем мы занимаемся. Фаланги пальцев, ребра… Ты просто кладёшь это на мешок и понимаешь, что раньше это был человек. Не просто человек, а такой, который погиб за мир, за семью, за Родину.

Даже сейчас пишу об этом — и мурашки по телу бегут.

Не скажу, что я с этим свыклась. Спустя столько лет я продолжаю думать, что это был чей-то родной человек.

В нашем кругу существует заветное слово: «Есть». Если оно прозвучит три раза, это подарок судьбы.

Первый раз — когда обнаружили солдата. Второй — когда мы нашли медальон, в котором написано имя погибшего и его адрес (или хоть какие-то данные). Третий — когда по этим данным удаётся найти семью. И это один из самых приятных моментов.

Приятный он потому, что мы можем из рук в руки передать солдата родственникам. И знаете, слёзы подступают к глазам, когда на передачу приезжают большие делегации во главе с дочкой или сыном того самого погибшего красноармейца. Им далеко за восемьдесят. Они идут — в одной руке трость, а в другой платок.

Однажды на одну из таких передач приехал сын солдата. Когда он сел в машину, он попросил поставить урну ему на колени. На предложение поставить рядом он ответил: «Я отца не видел столько лет! Сейчас я не готов его отпускать. Слишком долго я его ждал». Он плакал и улыбался одновременно.

Это ли не счастье? Когда прошли десятилетия, но удалось хоть на мгновение воссоединить семью.

Во всём этом моё счастье. В этом деле, которое с каждым годом привлекает к себе всё больше единомышленников. В этих просторах, где деревья касаются неба. В этих людях, которые делают всё возможное, чтобы дать возможность близким найти своего родного человека. Надеясь, что с каждым годом таких воссоединений будет больше.

Кто, если не мы?

© Валерия Александрова, 2022

2 комментария

  1. Elena

    Валерия, искренне желаю Вам удачи в поисках! То что Вы делаете — выше всяких похвал. В начале ноября я была в поездке по местам лагерей военнопленных в Смоленской области и Беларуси. Страшные, кровопролитные бои в начале осени 1941 года. Скольким удалось выйти из окружения Вяземского котла, и сколько осталось на полях… И зачастую безымянными. «Пропал без вести» — почти клеймо в определённый период нашей истории. А они погибли или оказались в плену, но не перешли на сторону врага. Сколько погребальных рвов… Спасибо Вам и низкий поклон!

  2. Татьяна

    Валерия, Ваша увлеченность этим благородным делом поиска заслуживает уважения! Не раз видела в региональных «Вестях», как к нам в Омскую область поисковики передали останки очередного найденного красноармейца-земляка, числившегося без вести пропавшим. Потом — перезахоронение уже на родине бойца, переживания и слезы родственников… Это действительно важно, волнительно, трогательно. Успехов Вам в нелегком, но таком нужном деле — сохранении памяти человеческой…

Оставить комментарий

Введённый вами почтовый адрес не публикуется. Заполняя форму комментирования, вы явно соглашаетесь с тем, что администратор сайта узнает и сможет хранить ваши персональные данные: имя, e-mail, IP. Ссылка на политику конфиденциальности сайта. Комментарии строго премодерируются. Политические темы запрещены! Не отвечающие этому требованию комментарии удаляются либо обрезаются.