Однажды…

Однажды…

Сырники, тарелка, кухонный стол, вкусно готовить, завтрак

История участвует в конкурсе «Счастье простого человека».

Автор об авторе: «Ирина Мамаева. Родилась и выросла в Новосибирске. В прошлом психолог, сейчас журналист. Люблю писать, общаться с людьми, узнавать истории других».


Однажды… я влюбилась. Это произошло так внезапно и быстро, что я даже растерялась.

Мы жили в одном хостеле и выяснилось, что и он, и я проводим своё путешествие в одиночестве. Решили ненадолго объединиться.

День первый: гуляли, шутили, смеялись, мокли под дождём, открывали тайны, были на одной волне и… наслаждались… Общением, друг другом, ощущением, что кто-то тебя слышит, понимает и как-то искренне принимает.

Нам всегда нужен кто-то другой для того, чтобы ощутить значимость, ценность собственной жизни.

День второй, утро. Проснулась со странным, давно забытым ощущением. «Да нет, не может быть», — заглянув в сердце, сказала самой себе.

Я гладила платье, он делал завтрак. Он делал его для НАС. Для меня. По пальцам одной руки могу пересчитать подобные события. Воспринимаю это как особый вид проявления заботы и нежности по отношению к другому.

Завтрак… Нужно встать пораньше, пока твоя половина ещё спит, пробраться на кухню и, производя как можно меньше шума (чтобы он / она не проснулась раньше времени), создать шедевр.

Роман, о котором не говорят. Главный герой — простой человек. Он ответил на вызов судьбы и изменил будущее.

Он приготовил для меня / для нас омлет и сырники. Мне нравятся сырники, но сама так и не научилась их готовить. Съедаю завтрак, сделанный с любовью и заботой. Это так здорово, когда о тебе кто-то заботится! Каждый раз подобные ситуации для меня как настоящий подарок. Безмерно ценю такие моменты.

День. Идём гулять. Я в новом красивом платье, которое купила специально для путешествия. Общаемся, шутим, подкалываем друг друга, живём. Проживаем простые, но очень яркие моменты. Едим мороженое. Находим его войсковую часть. Иногда он ворчит. Она смеётся. И просто хорошо вместе. Настолько просто, насколько это может быть.

У него сейчас какой-то странный, переходный этап в жизни. Она старается дать ему столько энергии и поддержки, сколько может. Она чувствует, знает, что они встретились не зря. Она знает, что должна помочь ему. Через себя передаёт ту энергию, которая идёт к нему от Вселенной. А он кормит её вкусняшками — отличный обмен.

Вечер. Он готовит для неё, для них ужин. Снова идут гулять. Снова говорят о чём-то, что-то рассказывают друг другу. Они не идут куда-то целенаправленно, просто бродят по городу. Просто гуляют и просто живут. Проживают эти мгновения, кусочки жизни вместе.

Позже её подруга в ответ на всю эту историю скажет «Ира, ты стала живой». Да, это он меня разбудил. А может это Вселенная разбудила меня через него.

День третий. Она встаёт пораньше, чтобы успеть сходить в музей и за сувенирами. Он ещё спит. Она ходит одна по этому городу, впервые за три дня без него и понимает, что всё уже случилось. Это то чувство, которое ни с чем не перепутаешь. Она почувствовала, как оно вошло в неё. В сердце, в неё всю. Это очень тяжёлое чувство. Вообще говоря, влюбиться — это так… странно, страшно, непривычно. Живёшь сам по себе, не паришься: куда захотел, туда пошёл. И вдруг ты влюбляешься. Ты больше не свободен. Перефразировав Архангельского, скажу: «Любовь — это высшая степень несвободы. Это то, что ты не можешь не делать». И ты расстаёшься с этой свободой, причём добровольно. У тебя больше нет свободы. Но есть любовь. Такой вот бартер. Выбирай: или то, или то.

Завтра она уедет. Хочется, чтобы сегодня не заканчивалось, никогда. Они уже не такие весёлые: оба понимают, ЧТО произошло. И что скоро они расстанутся. На сколько, неизвестно. Может быть, на неделю, а может, и на всю жизнь. Она старается не думать об этом. И так тяжело, зачем ещё лишнее себе накручивать.

Они едут кататься на колесе обозрения. На самом верху он говорит: «В такой романтической обстановке мне осталось сделать тебе предложение». Она смущается. Но знает, что согласилась бы. Прямо там, сразу, на колесе.

Новые конкурсные истории. Прочтите их!

Оба в разное время спрашивают друг друга: «Откуда ты взялся / взялась?» Думаю, несложно догадаться, что этот вопрос означает на самом деле.

Они вместе. Просто вместе.

Вечером он снова готовит для неё, для них ужин. Оба понимают, что это их последний совместный вечер: здесь, в этом городе, в этом хостеле, с этим соседским котом.

Они идут во внутренний двор, садятся в плетёные кресла и… разговаривают, смотрят на звёзды, присутствуют здесь и сейчас, стараются растянуть каждое мгновение, чтобы оно длилось как можно дольше, и… оба хотят, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась.

— Знаешь, у меня такое ощущение, что мы очень давно знакомы.

— Да, знаю. У меня тоже. Так бывает…

Гладя кота, сидящего у неё на коленях, она думает: «Наверное, жизнь, счастье состоят из вот таких маленьких кусочков: когда ты смотришь на звёзды, гладишь кота и всем телом ощущаешь ЕГО присутствие рядом. И ещё чувствуешь себя живой. Именно в эти самые секунды, минуты, мгновения ты чувствуешь, что живёшь. И это те мгновенья, ради которых стоит жить».

В такие моменты рядом с другим ты вдруг осознаёшь, что ты есть. Ты есть на самом деле. Ты нужен кому-то. Ты можешь что-то отдать другому человеку. Ты можешь позволить себе быть собой. Рядом с этим человеком. Ты наконец ощущаешь, что ЖИВЁШЬ, будучи рядом с этим человеком.

Это так просто, но мне потребовалось прожить тридцать лет и проехать полстраны, чтобы вспомнить, а может, вообще впервые ощутить, осознать, что Я ЕСТЬ. Что я есть, и я жива. Я — живой человек. Живой во всех смыслах.

Наверное, я встретила его, чтобы вспомнить себя. Вспомнить, что я есть. И я жива. Я есть. И я жива. Я есть. И я жива.

© Ирина Мамаева, 2022

2 комментария

Оставить комментарий

Введённый вами почтовый адрес не публикуется. Заполняя форму комментирования, вы явно соглашаетесь с тем, что администратор сайта узнает и сможет хранить ваши персональные данные: имя, e-mail, IP. Ссылка на политику конфиденциальности сайта. Комментарии строго премодерируются. Политические темы запрещены! Не отвечающие этому требованию комментарии удаляются либо обрезаются.